Рассказ в фильме пойдет про парня, который, так уж вышло, стал седьмым сыном седьмого сына.

Знакомство состоялось в таверне испанской колонии Гуахилья. Разумеется, началось с всеобщей драки, потом поединок двух кабальеро, появление охраны. Один из соперников, выдав себя за сына испанского аристократа, предотвращает вмешательство властей, а другой щедро оплачивает хозяйке нанесённый ущерб. Оказалось, что у обоих одинаковая проблема - необходимо незаметно выбраться из города. "Смазав" охрану, они её решают. Так познакомились капитан пиратов Блэки и дон Педро. Педро предлагает сотрудничество: идеи его, деньги Блэки. Первый результат: в таверне Тортуги Блэки выкупает за большую сумму двух пленниц. Педро сообщил ему, что одна из них - жена испанского вице-губернатора, об этом никто из других пиратских капитанов не знает. Выкуп от испанцев огромен. Но пленница влюбилась в Блэки, за расставание она грозится отомстить. Следующий план Блэки и Педро предполагает возвращение в Гуахилью, речь идёт о караване с золотом. Конкурентов много...

Старинная испанская деревня стала популярной среди туристов. В гостинице, хозяйки которой незамужние сёстры Марта и Вероника, стало больше постояльцев, в том числе и женщин. Поведение некоторых из них шокирует хозяек: "Она спит, совсем не прикрывая своего греховного тела!". Возмущённые дамой, загоравшей топлес на крыше гостиницы, Марта и Вероника толкают её, падение, смерть. Марта объявляет сестре, что это была рука провидения! Сёстры считают себя исполнительницами акта божественной справедливости. Это стало только началом, смерти пошли одна за другой.
"Существуют два типа людей: праведники, считающие себя грешниками, и грешники, считающие себя праведниками", - Блез Паскаль.

Кинопоиск: 5.500 190
IMDB: 3.90 (1720)
Молодой Джон Клэйтон, лорд Грейсток, который в Африке получил имя Тарзан, возвращается из Англии, чтобы помочь своим чернокожим друзьям.

Выиграна Крымская война. Россией по-прежнему правит Николай I. На экране — Пушкин, Лермонтов, Бенкендорф, Вяземский, Гончарова, и даже Грибоедов, судьба которого в 1829 году сложилась иначе.